«Лукьяновка» на Лукьяновке Михаил Кальницкий - историк, исследователь киевской старины.
Специально для "Первое экскурсионное бюро" .
Из истории Киевского тюремного замка.
Проходя мимо послевоенных пятиэтажек в начале Дегтеревской улицы, теперь не так-то просто приметить позади них целый комплекс массивных сооружений. Между тем были времена, когда этот комплекс представлялся грандиозным сооружением среди прилегающих построек.
 |
Местность Лукьяновка, к которой он принадлежит, полтораста лет назад представляла собой скромную окраину, о которой писали: «На Лукьяновке селятся преимущественно бедные люди, как-то: разоренные на Оболони разливами Днепра, рыболовы, отставные солдаты, также бывшие в услужении и желающие обзавестись своим хозяйством и т.п.» В этой-то части города губернские власти и решили соорудить обширное здание тюрьмы, рассчитанное на 550 заключенных. |
|
| Лукьяновская тюрьма. Современный вид |
Его строительство велось с 1859 по 1863 год по проекту и под руководством губернского архитектора Михаила Иконникова. Здание имело три этажа с подвалом и выглядело неприступной твердыней.
 |
|
 |
| Михаил Иконников | Лукьяновская тюрьма. Открытка начала ХХ в. |
Официально его называли «Лукьяновский тюремный замок».
Порой говорили просто: такой-то сидит в «Лукьяновке», и все понимали, что речь идет не о местности...
Со временем комплекс разрастался. В начале ХХ века был выстроен трехэтажный женский корпус, обновлены внешние стены.
|
Этот «замок» считался образцовым учреждением, хотя нередко его переполняли заключенными сверх нормы. В свое время узники, при желании, могли даже послать на волю открытку с видом на свое временное пристанище, выпущенную киевским издательством Рихерта. Заключенных кормили телесной пищей, а также и духовной. Вскоре после вселения арестантов была освящена тюремная церковь во имя святого терпеливца Иова, а в 1864-м раввин Евсей Цуккерман добился открытия при тюрьме еврейской молельни. |
 |
|
| Женской корпус Лукьяновской тюрьмы. Современный вид |
Тюрьма высилась посреди обширного пустынного пространства, вселяя трепет в сердца обывателей.
 |
В ее камерах содержалась не одна тысяча осужденных преступников: убийц, насильников, грабителей. Но побывали здесь и видные исторические личности – сидевшие, как правило, не в уголовном, а в политическом отделении «замка». И можно долго перечислять всех известных людей, чей жизненный путь хоть раз да пересекся с Лукьяновской тюрьмой: революционеры и оппозиционеры всех поколений, члены свергнутых правительств, жертвы царских и советских репрессий… В солидном «Своде памятников истории и культуры» этот объект вполне обоснованно признан памятником истории! |
| Лукьяновка и Лукьяновская тюрьма. Аэрофотосъемка 1918 г. |
Только в дореволюционную пору среди узников «Лукьяновки» в разное время оказались народники Николай Кибальчич и Валериан Осинский, руководитель марксистского рабочего кружка Ювеналий Мельников, видные большевистские деятели Моисей Урицкий, Александр Шлихтер, Евгения Бош, Георгий Пятаков, целая семья Ульяновых (брат Ленина Дмитрий и сестры Анна и Мария), предводитель повстанцев-саперов Борис Жадановский, организатор рабочих профсоюзов Иван Смирнов-Ласточкин (почти все эти имена отмечались или даже до сих пор отмечены в названиях киевских улиц).
 |
 |
|
| Евгения Бош. Арестантское фото | Георгий Пятаков. Арестантское фото |
Можно добавить к ним ту самую Фанни Каплан, которая потом участвовала в покушении на вождя мирового пролетариата (в конце 1906 года она угодила в киевскую тюрьму по обвинению в покушении на генерал-губернатора).
 |
Заслуживает упоминания Мендель Бейлис, отсидевший здесь почти два года, пока велось следствие о якобы совершенном им ритуальном убийстве. Процесс Бейлиса 1913 года, признавший обвиняемого невиновным, прогремел в свое время на весь мир. От тюрьмы не были застрахованы и беременные женщины. Некоторые из них рожали непосредственно в заключении. В результате в стенах «Лукьяновки» появились на свет, к примеру, академик Александр Богомолец (сын заключенной-народоволки) и первый редактор «Комсомольской правды» Тарас Костров. |
| Мендель Бейлис под арестом. Фото 1910-х г. |
Довольно запутанный период в истории тюремного комплекса пришелся на годы революции и гражданской войны. Началось с массового побега: в январе 1918 года, когда большевики обстреливали Киев из дальнобойных орудий и перепуганная охрана попряталась, отсюда смылись 1200 заключенных! А потом, в ходе многочисленных переворотов, каждый очередной режим отправлял сюда приверженцев предыдущего. Так, известный монархист Василий Шульгин, ярый сторонник «единой неделимой России», в январе 1918 года был арестован советскими органами. Его доставили в Лукьяновскую тюрьму. Ожидая решения своей участи, он рассматривал стены камеры и обнаружил выцарапанную на раме окна надпись «В. Винниченко». Этот автограф оставил знаменитый писатель и общественный деятель, который сиживал в «Лукьяновке» при батюшке-царе за пропаганду украинских и революционных идей.
Василий Шульгин
Владимир Винниченко
После революции «тюремный замок» одно время называли по-тогдашнему «допр» (дом общественно-принудительных работ). В разгар сталинского террора через тюрьму прошли тысячи и тысячи «врагов народа», значительная часть которых была замучена в этих стенах: государственные деятели, творческая интеллигенция, ученые, военные, священнослужители и многие другие. Позже сюда отправляли так называемых диссидентов – инакомыслящих; побывал здесь и знаменитый кинорежиссер Сергей Параджанов. Сейчас эта тюрьма носит будничное название «Следственный изолятор» (сокращенно СИЗО). Но и в наше время здесь оказываются видные жертвы политических разборок, включая действующего премьер-министра Юлию Тимошенко.
Вернувшись к давней истории тюрьмы, отметим, что громкое название «Лукьяновский тюремный замок» еще не гарантировало полной надежности. Как известно, Бенвенуто Челлини бежал из замка Ангела, герцог Бофор – из Венсенского замка. Случались эффектные побеги и из Лукьяновской тюрьмы. Причем некоторые из них вошли в историю отечественного революционного движения.
Вход в СИЗО на Лукьяновке
Стоит, к примеру, напомнить о том, как из лукьяновских стен вырвались три знаменитых народника – Иван Бохановский, Лев Дейч и Яков Стефанович. Все трое проходили по так называемому Чигиринскому делу. Их обвиняли в том, что в 1870-х годах они организовали среди крестьян Чигиринского уезда Киевской губернии «Тайную дружину» – сообщество, целью которого, по формулировке жандармов, было «изменение существующего порядка землевладения путем захвата земель, не принадлежащих крестьянам, и раздел их между всеми жителями данной местности поровну, для чего предположено было нападение на помещиков, духовенство и членов других сословий и вооруженное сопротивление властям».
 |
Бохановский, Дейч и Стефанович были арестованы в 1877 году и ждали суда. За попытку справедливо решить аграрный вопрос им вполне реально «светила» виселица. Друзья-народники искали возможность помочь. Но каким образом можно было вызволить троих заговорщиков из-под стражи?
Помогло то, что в это время шла русско-турецкая война, многие солдаты были на фронте и в тюрьме ощущался недостаток надзирателей. Один из киевских народовольцев – Михаил Фроленко – сумел поступить на службу в Лукьяновский замок. Поначалу ему доверили всего лишь должность сторожа при цейхгаузе и амбарах. Но Фроленко настолько исправно выполнял обязанности, настолько услужливо бегал за водочкой для начальства, что вскоре его «повысили»: перевели надзирателем как раз в коридор к политическим. Правда, для того, чтобы реально надеяться на побег товарищей, этого было мало. Требовалось выслужиться до ключника. Между тем занимавший эту должность бравый унтер Пантелеев не собирался покидать пост. Тогда друзья Фроленко на воле пустились на хитрость: один из них, одевшись барином, предложил тюремщику место камердинера за хорошие деньги и дал задаток. Тот сразу же уволился из тюрьмы, а Фроленко занял вакансию. Вскоре он раздобыл два солдатских мундира. |
|
Обложка книги М. Фроленко о побеге трех народников |
В ночь своего дежурства (дело было в мае 1878 года) «ключник» сплавил под разными предлогами надзирателя и часовых, затем Бохановский и Стефанович облачились в мундиры, и группа направилась к воротам тюрьмы. Там караульные не пошевелились: арестанта куда-то ведут под конвоем, ключник сопровождает – все как должно. А во тьме за воротами дожидался конный экипаж. Беглецов доставили на берег Днепра, и они уплыли в Кременчуг...
Так совершился первый громкий побег из Лукьяновского замка. Правда, Михаилу Фроленко это не прошло даром. Хотя его и не арестовали по горячим следам, но в марте 1881-го – после убийства Александра II – он был схвачен и отсидел в шлиссельбургской одиночке без малого 25 лет.
Но как раз тогда «Лукьяновка» переживала, пожалуй, самый безалаберный и приятный для ее обитателей период. В ее стенах царили весьма свободные нравы. Эти вольности объяснялись сыскной методикой шефа киевских жандармов Василия Новицкого. Туповатый генерал, когда ему нужно было поймать нескольких подозреваемых, хватал налево и направо участников подозрительных собраний, а потом выпускал лишних. Среди этих «лишних» была масса молодых интеллигентов, детей важных родителей. Надзиратели не рисковали связываться с заключенными: мало ли на какие неприятности можно потом нарваться. В результате камеры были открыты настежь (это, конечно, не касалось наружных дверей тюрьмы), и «политические» ходили друг к другу в гости, читали соседям лекции или гуляли во дворе. Советский нарком просвещения Анатолий Луначарский, отсидевший здесь полтора месяца в 1900-м, вспоминал, что даже тяготился такой вольницей и требовал от надзирателя запереть его в камере от незваных гостей: «Я в одиночном заключении, могу же я хоть немножко бывать один и почитать!» Коридор Лукьяновской тюрьмы. Фото 1906 г.
Не менее эффектное бегство из камер «Лукьяновки» осуществила в 1902 году группа распространителей газеты «Искра». Так получилось, что местная жандармерия сумела выловить многих участников всероссийской конференции искровцев. По этому случаю в Киев доставили их «коллег», арестованных в других городах, чтобы устроить громкий судебный процесс.
 |
Искровцы посчитали, что подобной обстановкой грех не воспользоваться. После обмена мнениями 11 человек вызвались бежать. Некоторые из них были потом широко известны: московский революционный трибун Николай Бауман, будущий нарком иностранных дел СССР Максим Литвинов (Волох), будущий деятель Коминтерна Осип Пятницкий (Таршис). Подготовка к побегу велась продуманно и целенаправленно. Связались с волей, обеспечили явки, разными способами получили бланки паспортов, приличную сумму денег, сильнодействующее снотворное. Одному из заговорщиков прямо под носом у охранника в букете колючих роз передали якорек-«кошку». Из разорванных простынь и деревянных палок изготовили лестницу. Исподволь приучали сторожей к прогулкам по двору допоздна, к регулярным попойкам. Устраивали хороводы с битьем в железные банки (чтобы часовые не спохватились, когда беглецы затопают ногами по жести, покрывающей внешнюю стену тюрьмы). Часто выстраивали акробатические пирамиды (при этом верхний мог уже дотянуться до края стены). Тайно учились связывать и затыкать рот часовым. |
|
| Николай Бауман |
И когда вечером 18 (31) августа был дан сигнал к побегу, все разыграли как по нотам. Надзирателей напоили снотворным в вине, часового связали. Бауман колотил в банку, тем временем несколько человек образовали пирамиду, зацепили якорем за стену, укрепили лестницу, на другую сторону перебросили веревку с узелками для спуска и по одному устремились на волю, к своим явкам. Мы так подробно рассказываем об этом, не опасаясь, что кто-нибудь воспользуется опытом искровцев. По счастью, Бог миловал от подробного изучения режима «Лукьяновки» изнутри. И все же не думаем, что сегодня там с утра до вечера гуляют из камеры в камеру, колотят, когда вздумается, в железные банки или устраивают пирамиды под тюремной стеной.
Внутренний двор политического отделения. Фото 1906 г.
декабрь 2009г.
11.12.2011 
04.12.2011 
27.11.2011 
25.11.2011 
20.11.2011 
13.11.2011 
09.11.2011 
28.09.2011 
21.09.2011 
10.09.2011 
24.08.2011 
05.08.2011 
31.07.2011 
30.07.2011 
25.07.2011 
