Евгений Мирошниченко, кандидат филологических наук.

Специально для «Первого экскурсионного бюро»

У самого синего моря

Она называла своей колыбелью Санкт-Петербург, хотя родилась в Одессе.  Юная Аня Горенко прошла долгий и мучительный путь прежде чем стать Ахматовой. Она запомнила северное детство, улицы  Царского Села, пахнущие кошками и блинами черные лестницы домов, «зеленое, сырое великолепие парков»,  бродячих старьевщиков и бесконечный ряд строений сплошь красных оттенков.

Самые сильные южные воспоминания – севастопольские, каждое лето она проводила на даче, на берегу Стрелецкой бухты рядом с руинами древнего Херсонеса. Эти воспоминания  окрашены в более радужные цвета: моря, теплой волны, белой чайки, «зеленой рыбы», «желтого платья» смелой купальщицы, прятавшейся от бродяги в береговых камнях, где прожженная солнцем девочка Горенко «сушила соленую косу». Чтобы лучше понять становление  будущей Ахматовой нужно обязательно перечитать раннюю поэму «У самого синего моря», все эпитеты цветовой гаммы причерноморского юга позаимствованы из этого произведения. В нем  присутствует и нечто «языческое», сакральное, осознанное Анной в пору херсонской юности. Она заметила за собой способность «чуять воду», соседи просили ее указать место, когда рыли новый колодец. А еще она умела запоминать запахи («как слепоглухонемая»), слушать и распознавать тайные знаки судьбы. Они являлись ей то в образе строгой царицы, то белого паруса, темной домашней иконки или сероглазого влюбленного в нее принца, принесшего  мускатные белые розы и звавшего с собой на север.

И еще одно важное открытие она сделала в пору своего пребывания на юге, о чем позже писала в личных посланиях. По фамилии отца, по характерным малороссийским словечкам и выражениям, из-за любви к морю ее воспринимали как типичную украинку. К этому, разумеется, следует прибавить и часто цитируемые строки Николая Гумилева, подтверждавшие мнимую репутацию Ахматовой: «Из города Киева (из логова Змиева) я взял не жену, а колдунью…». Она была своей среди евпаторийских соседей, севастопольских рыбаков, учителей и приятельниц-гимназисток. Это была та провинциальная публика, которая через десяток лет перенесет свою любовь к девочке Горенко на поэта Анну Ахматову, выучит и будет читать наизусть ее стихи. Любопытно, что высокое романтическое начало в поэме «У самого синего моря», присутствие в ней «уравнений с десятью неизвестными», некоей мистики, «экзотики» -  сразу распознал Александр Блок: «Но все это – пустяки, - отозвался он. - Поэма настоящая, и Вы - настоящая». Горенко была довольна своей самостоятельностью и  внутренне осознавала, что если бы осталась на юге, ей никогда бы не удалось стать Ахматовой.

В письмах она почти не упоминает своих родителей, коротко сообщая, что  ее отцом был  инженер-механик флота. Можно согласиться, в  историографии он существует преимущественно отраженным светом славы своей дочери.  И этот теневой свет, к сожалению, скрывает подлинный облик незаурядной личности. Между тем отец А.А.Ахматовой не заслуживает снисходительного отношения,  он прожил яркую жизнь и всегда играл значительную роль в судьбе дочери-поэта. Такой вывод напрашивается, если внимательно читать немногочисленные автобиографические заметки и дневниковые записи  Анны Андреевны.

Отставной инженер-механик

 Андрей Антонович Горенко  был моряком во втором поколении. Его отец Антон Андреевич и дед Андрей Яковлевич Горенко родились в Севастополе, дед участвовал в русско-турецкой войне,   в  войне 1812 г. с Наполеоном и дошел до Парижа, хотя до высоких чинов не дослужился. Отец был выпускником Черноморского артиллерийского училища в Николаеве, первый офицерский чин получил в 20 лет, плавал по Черному мрю на транспортах «Слон» и «Сухум-Кале». Участвовал в обороне Севастополя (5 и 6 октября 1854 г. находился на Николаевской батарее во время бомбардирования англо-французами), был награжден орденом Св. Анны 3-ей степени «с мечами и бантом». В отставку вышел в чине полковника. Орден Св. Владимира уже принес ему и детям  потомственное дворянство.

Севастопольцем по рождению был и Андрей Антонович. В 14 лет он юнкер.     «В службу вступил в Черноморскую штурманскую роту кадетом 10 июня 1858 г.». Так называлась с 1826 г. штурманское училище в Николаеве, основанное в 1798 г. Плавал по Черному и Азовским морям, на пароходе «Тамань» побывал в Константинополе. По выслуге лет и сдав экзамены, стал прапорщиком инженерного корпуса. Завершал служебную карьеру А. А. Горенко уже гражданским пенсионером в чине статского советника. Анна Андреевна в биографической заметке «Коротко о себе» (1965) называет его «отставным инженером-механиком». Именно в таком статусе он пребывал, когда ушел из семьи, что навсегда определило  личное отношение Ахматовой к факту разрыва брачных отношений.

В биографии Андрея Антоновича есть страница, связывающая его с Новороссийским университетом. Оставаясь на службе, он посещал занятия в качестве «постороннего слушателя». Надо полагать два года учебы (1870-1872) для флотского офицера не прошли напрасно, потому что пробудили интерес к наукам, словесности,  публицистическому творчеству.  

 Памятными для А.А.Горенко стали годы службы в Николаеве (1873-1875). Главным командиром Черноморского флота и портов, одновременно военным губернатором Николаева в ту пору был адмирал Н.А.Аркас. Он содействовал строительству броненосного судостроения,  минного воружения флота. Большим событием стал ввод участка железной дороги Николаев-Знаменка, связавшего степной причерноморский край со всей Россией. Успешно  шло строительство новых пристаней коммерческого порта, частного судостроительного завода. Аркас учредил и возгавил Русское общество пароходства и торговли (РОПиТ), что повлекло деловое оживление   и прямой доход  городской казне. С именем губернатора Н.А. Аркаса связывают успешные культурые, образовательные проекты. В городе было построено новое здание театра К.Монте, открыты реальное училище, фельдшерская школа, музыкальный кружок, мореходные классы, готовившие шкиперов и штурманов каботажного плавания. Посетив город на Буге, французский путешественник Б.Аке отметил в путевых записках: «Я пошел прямой дорогой в Николаев, красивейший город сред степей всей Таврии: в нем множество больших улиц с отдельно стоящими домами, с колоннами, красивейшими площадями и большим зданием Адмиралтейства вместе с корабельной верфью».

Именно в Николаеве Андрей Антонович впервые обратит внимание на монопольные условия работы  компании РОПиТ и опубликует целую серию  статей-расследований в николаевской и одесской прессе. 

Архивные документы августа 1873 года говорят о том, что А.А.Горенко в эту пору являлся преподавателем морских юнкерских классов в Николаеве. Они располагались в  двухэтажном здании Дома флагманов и командиров, построенного по распоряжению адмирала А.С.Грейга еще в начале 1820-х годов (здание сохранилось). Более полутора века здесь собирались выдающиеся флотоводцы Ф.Ушаков, П.Нахимов, М.Лазарев, В.Корнилов и многие другие военачальники. С 1872 года  Дом флагманов стал собирать офицеров и членов их семей во время зимней стоянки судов  и превратился в Морское собрание - культурный и просветительский центр города на Южном Буге. Морское собрание  располагало большим залом, к нему примыкали несколько гостинных, десяток служебных помещений, где размещалась школа музыкантов и певцов портовых оркестров и хоров. Весной 1874 года здесь  работал композитор и педагог Н.А.Римский-Корсаков. Он инспектировал николаевские военные оркестры, готовил благотворительные концерты для горожан и одновременно оркестровал свои музыкальные сочинения.

 С 10 августа 1873 года в здание Морского собрания перевели и юнкерские классы, они давали первоначальную подготовку будущим морским офицерам. В ЦГА ВМФ России хранится рапорт прапорщика Андрея Горенко от 17 августа 1873 года:

 «Опыт прошлого года доказал, - писал он, - что при одном уроке в неделю нет возможности выполнять требования программы, то есть прочитать элементарный курс физики в объеме учебника Тыртова… Я полагал бы необходимым установить, чтобы для преподавания физики было назначено три урока в неделю, только при этом условии возможно будет окончить чтение физики в младшем классе и это даст возможность прочитать предмет так, чтобы цель преподавания была достигнута». Существует еще два рапорта прапорщика А.Горенко с рекомендациями  пополнить физический кабинет недостающими учебными приборами. Андрей Антонович читал в юнкерских классах не только физику, но и курсы навигации, теоретической механики, физической географии и русского языка.

22 сентября 1874 в жизни Андрея Антоновича случилось важное событие. В сохранившейся метрической книге Адмиралтейского собора  города Николаева (собор был разрушен в 1936 г.)   имеется запись о бракосочетании 26-летнего «1-го Черноморского экипажа мичмана Андрея Антонова Горенко, православного, первым браком» с девицей, дочерью умершего капитана Марией Григорьевной Васильевой (невесте 27 лет). Поручителями в таинстве бракосочетания со стороны жениха выступали подпоручик Ф. Герасимов и  «штабс-капитан Иван Андреев Горенко» . Родословная отца А.А.Ахматовой   достаточно хорошо изучена. Совпадение фамилии и отчества жениха и поручителя дают основание считать, что в церемонии бракосочетания участвовал  родственник мичмана. У Андрея Антоновича были четыре сестры и четыре брата: Мария родилась в 1846 г., Петр -1850, Леонид – 1852, Анна – 1854, Михаил -1856, Владимир – 1858, Надежда – 1861, Евгения – 1862 [3, с.84].  Ивана, как видим, среди них не было. Однако штабс-капитан И.А.Горенко – не мифическая фигура. Его упоминает Г.Н.Ге в «Историческом очерке столетнего существования города Николаева при устье Ингула (1790-1890)». Биографу рода Ахматовой В.А.Черных это имя оказалось знакомым. В делах Департамента герольдии (в РГИА) сохранилось дело о дворянстве Ивана Андреевича Горенко. Он уроженец Херсонской губернии, учился в Черноморской штурманской роте, участвовал в Крымской и Турецкой войнах (1877-78). Известно, что он был дважды женат, имел шесть детей. У семьи И.Горенко в Николаеве был собственный каменный дом. В 80-х годах фамилия И.А. Горенко значится среди гласных Николаевской городской думы, его сын Петр в 1897 г. поступил канцелярским служащим в Николаевскую городскую полицию. «По всей вероятности, - высказывает предположение В.А.Черных, - Иван Горенко был дальним родственником А.Я. и А.А. Горенко». Краеведам еще предстоит изучить историю отдельных николаевских семей и фамилий.

Поручителями невесты были лейтенант В. Бархарей и подпоручик М. Холодин. От   брака с Марией Григорьевной у Андрея Антоновича родилось двое детей: Николай и Антон. Николай умер 25 декабря 1885 г. на 11-м году от роду. Судьба Антона (род. в 1878) биографам неизвестна. С 1875 года А. Горенко уже штатный преподаватель старейшего военного учебного заведения в России - Морского корпуса (училища) в Санкт-Петербурге.

Говоря о николаевском периоде службы отца Ахматовой, невозможно умолчать о целом ряде событий, повлекших крутые повороты в его жизни. Разносторонние связи, активная общественная позиция флотского офицера, острые публикации в прессе вызвали подозрение  полиции. Дело в том, что на юге России в середине 80-х годов  действовали народовольческие организации, координатором которых выступала известная революционерка Вера Фигнер. В 1880 году в Николаеве у частного лица были обнаружены письма Горенко  «вредного направления». Так родилось дело Депортамента  полиции о «политической неблагонадежности» группы офицеров, где фигурировал и Андрей Антонович. Как выяснил исследователь В.А.Черных, суть дела сводилась к тому, что А. Горенко склонял своих приятелей в Николаеве вступать в фиктивные браки, чтобы освобождать девушек «из болота удушливой атмосферы родительского дома». Строчка из перехваченного письма стала мотивом к расследованию. От преподавательской работы Горенко был отстранен и попал под негласное наблюдение полиции. Чтобы содержать семью, он занялся репетиторством, выполнял чертежные работы, стал постоянным сотрудником   «Николаевского вестника» и «Одесских новостей»,  делал доклады в Русском обществе пароходства и торговли.

 Почти три года Андрей Антонович   занимался общественными делами, изучал состояние мореплавания на юге России, писал передовые, аналитические статьи и рецензии на литературные новинки. Редактором «Николаевского вестника» в ту  пору был отставной моряк, сослуживец А.Н.Юрковский, брат известного революционера Федора Юрковского. Обязанности корректора в редакции выполнял  И.М.Ковальский, организовавший  в городе народническую коммуну. В сентябре 1874 года все ее члены  были арестованы, а Ф. Юрковский, как участник получившего широкую огласку «подкопа», экспроприации денег Херсонского казначейства для нужд революции,   приговорен к 20 годам каторжных работ. Полиция проверяла «связь с пропагандистами» всех знакомых членов николаевской коммуны, включая и младших сестер Андрея Антоновича Анну и Евгению, живших в Севастополе. К делу николаевской коммуны они не были причастны, хотя по сведениям жандармского управления в Петербурге имели непосредственные контакты с членами партии «Народная воля» и подвергались преследованию. Наконец, 24 октября в 1882 года из-за отсутствия данных к обвинению в неблагонадежности подозрение было снято, «состоящий по резервному флоту лейтенант Горенко» был зачислен на действительную службу, стал плавать на судах коммерческого флота. Женившись вторым браком на Инне Эразмовне Стоговой, он обосновался в Одессе. Здесь  в 1889 году родилась Анна Горенко. Ее нарекли в честь бабушки Анны Егоровны,  Ахматовой по материнской линии.

В 1905 году мои родители расстались…»

Уход отца из семьи Аня  расценила как обман, предательство, нарушение незыблемого союза родственных душ. Андрей Антонович отправил детей и жену на дачу близ  Евпатории, а сам переехал к третьей избраннице в Петербург, вдове контр-адмирала Е.И.Страннолюбского. Любовницу отца Аня по-детски ненавидела, называла «настоящей горбуньей», хотя современники считали Елену Ивановну  удивительно красивой и образованной женщиной (окончила Оксфордский университет). Ощущение фатальной безнадежности положения усугублялось на фоне потерь, которые  преследовали семейство Горенко. В  возрасте 44 лет «от чахотки легких» умер Петр, брат Анны. В сентябре 1905 г. старшую сестру  Инну поместили в туберкулезный санаторий, 15 июля 1906 года она скончалась. «Может быть, мне грозит туберкулез», - жалуется  в письме Анна и   сообщает, что в Евпатории «вешалась на гвоздь и гвоздь выскочил из известковой стенки… Мама плакала, мне было стыдно – вообще скверно».

 Все происходящее было не только уроком для собственного  бытия, но и ключевым мотивом  осмысления состояния   героини стихов, оставленной и униженной. Ахматова никогда не согласиться с ролью покинутой и будет разить своих обидчиков тайным ядом поэтической иронии. Достаточно вспомнить хотя бы киевское стихотворение 1911 года, где семейная ссора изображается так:

Сжала руки под темной вуалью…

«Отчего ты сегодня бледна?»

- Оттого, что я терпкой печалью

Напоила его допьяна.

Как забуду? Он вышел, шатаясь,

Искривился мучительно рот…

Я сбежала, перил не касаясь,

Я бежала за ним до ворот.

Задыхаясь, я крикнула: «Шутка

Все, что было. Уйдешь, я умру».

Улыбнулся спокойно и жутко

И сказал мне: «Не стой на ветру». 

Анна была уязвлена до глубины души поступком отца, заставившего страдать детей и мать, Инну Эразмовну. Современники пишут о властелюбивом характере Андрея Антоновича, он мог брюзжать, кричать, порой проявлял неумеренную скупость,  скептически относился к увлечению дочери поэзией. Последнее обстоятельство служило важным фактором во взаимоотношениях с отцом. Уже в гимназическую пору она выбирала друзей по их отношению к литературе. Письма А.Горенко 1906 – 1907 годов к филологу и переводчику С.В. фон Штейну, содержат весьма откровенные признания. Их публикация в берлинском издании вызвала истинное негодование Анны Андреевны. Речь идет о первой любви, страстной привязанности семнадцатилетней  Ани к студенту петербургского университета В.В.Голенищеву-Кутузову. Именно он и был «лирическим героем» ее писем к фон Штейну. Ахматова чувствовала глубоко оскорбленной из-за неразделенного чувства, испытывала жар, худела. В очередном письме она вспоминает мифическую Кассандру из баллады Шиллера: «Я одной гранью души примыкаю к темному образу этой великой в своем страдании пророчицы».    Аня умоляла Сергея Владимировича прислать фотографию Г.-К., чтобы уменьшить ее и поместить в медальон. Драматизм момента усиливался тем, что именно в это пору ей предстояло сказать окончательное «да» жениху, другу юности Николаю  Гумилеву. «Он любит меня уже 3 года, - писала она, - и я верю, что моя судьба быть его женой». «Как вы думаете, - спрашивала она, - что скажет папа, когда узнает о моем решении?» И сама же давала ответ: «Если он будет против моего брака, я убегу и тайно обвенчаюсь с Nicolas. Уважать отца я не могу, никогда его не любила, с какой же стати буду его слушаться…». В последнем высказывании Ахматовой для нас важно одно: как бы ни были антагонистичны связи дочери и отца, она всегда ощущала   его присутствие в своей жизни. И в реальной обыденности, и в поэтическом сознании  «Отец» существовал с заглавной буквы.

Скорее бы к маме

 Далее следует листать киевские страницы биографии  Ани Горенко. В 1906 году она окончила выпускной класс  Фундуклеевской гимназии и по рекомендации дяди-юриста поступила на юридическое отделение Киевских высших женских курсов, где провела  два года. Эти страницы  содержат имя еще одного  рокового  лирического героя, которого в письме  13 марта 1907 г. она иронично называет «наш Микола» (по поводу неудач Н.Гумилева с редактированием собственного журнала «Сириус»). Николай Степанович Гумилев познакомился с Аней  на юге, когда ей было чуть более тринадцати лет, именно тогда поэт понял, что эта худышка серьезнее и значительнее всех его сердечных увлечений. Роман складывался сложно, семейная гармония двух поэтов не укладывалась ни в одну традиционную модель взаимоотношений любящих друг друга людей.  Практически в час рождения их единственного сына Льва Гумилева (это было в Петербурге) они уже не были вместе. Последующие встречи  ничего не могли изменить. Анна Андреевна всегда будет помнить свадебное путешествие в Италию, Париж и вечное возвращение к брошенной отцом матери.

 Следует здесь напомнить, что ко времени развода у Андрея Антоновича и Инны Эразмовны было большое семейство, состоящее из   двух сыновей и трех дочерей. Хотя Инна Эразмовна пыталась не выдавать своих чувств, ее положение было трудным: сказывалось отсутствие материальных средств. Чуткая к несчастиям Аня примеряла на себя ее страдания. Делала это она сотни раз, наделяя лирических героинь своих стихов исповедальными откровениями о  встречах и расставаниях, таинственной недосказанностью сообственного мироощущения. Всю жизнь Анна Андреевна сохраняла огромную любовь к  матери. В «Северной элегии» она называла ее «женщиной с прозрачными глазами/ (Такой глубокой синевы, что море/ нельзя не вспомнить, поглядевши в них)».

В Киеве Аню Горенко не покидало ощущение одиночества. Она жила у тети, среди  дядьев и кузин, мечтая о рождественских каникулах и поездке в Петербург. Там был отец. «Скорее бы кончить гимназию и поехать к маме» - это из февральского письма 1907 года.

 Ее властителями дум в пору гимназической учебы были Кнут Гамсун с его «Загадками и тайнами» и Генрик Ибсен. Интенсивно давало себя знать поэтическое чувство,  она продолжала сочинять стихи, ставя рядом их порядковый номер. «Как курьез могу сообщить, - писала она, - судя по сохранившейся рукописи, «Песня последней встречи» мое двухсотое стихотворение». Вспомним «Песню», эти классические строки:

Так беспомощно грудь холодела,

Но шаги мои были легки.

Я на правую руку надела

Перчатку с левой руки.

Лето 1912 года она провела с матерью в подольском поместье тетки, Анны Эразмовны Змунчиллы, неподалеку от австрйской границы. Сегодня это родовой дом (ему более 200 лет) семейства матери –  музей Анны Ахматовой. Он находится в селе Слободка-Шелеховская Деражнянского района Хмельницкой области. Когда повзрослели дети, уже после революции, Инна Эразмовна  поселилась в подольской слободке у родственников. На старом сельском кладбище сохранилась ее могила (умерла в 1930-м), здесь же похоронены тетя Ахматовой А.Э.Вакар и ее муж В.М.Вакар. В 1984 году первым сюда заглянул  журналист Е.Е.Степанов и в маленькое украинское село потянулись паломники.

В сентябре 1989 года, к 100-летию со дня рождения Анны Ахматовой, в Слободке-Шелеховской был открыт государственный литературно-мемориальный музей ее имени. Директором музея, его хранителем и первым экскурсоводом стала местная учительница  литературы М. И. Скорбатюк. В канун 120-летнего ахматовского юбилея ей исполнилось 80 лет. За 20 лет существования сельского музея в нем побывали более 40 тысяч посетителей. Мария Ивановна открывает старинный дом даже для одного паломника, как это случилось и с автором настоящих строк. Пожалуй, она знает о семействе матери Ахматовой все, потому что двадцать лет собирает ахматовские материалы. Здесь представлены мемориальные вещи, которые помнят прикосновение рук гимназистки Ани Горенко и ее матери: блюдо семьи деда Стоговой, швейцарские часы, зеркало. А вот предметы из комаровской дачи А.А.Ахматовой, икона «Богоматерь с младенцем». По музейным данным Анна бывала в имении Вакаров несколько раз, что подтверждается и реалиями ее творчества. 1909-м годом помечено стихотворение  «И как будто по ошибке…»,  1910-м  «Вечер», «Обман», 1912-м  «Здесь все то же, то же, что и прежде…», вошедшие в «Первую (Киевскую) тетрадь». Все они несут следы ранней лирики Ахматовой,   ставшей своеобразным биографическим дневником  ее  поэтической судьбы.

100-летие со дня рождения Анны Ахматовой широко отмечалось в Слободке-Шелеховской. Вокруг усадьбы, окруженной живописной зеленью старинного парка,  собралось более сотни гостей, литературоведов, писателей, почитателей  поэзии. 24 сентября рядом с домом-музеем был открыт замечательный скульптурный бюст  работы ленинградца Владимира Зайко. Это был один из первых памятников А.А. Ахматовой в Украине. Присутствующая на празднике Лина Костенко записала в  книгу отзывов: «Спасибо людям, которые помогли Анне Ахматовой встретиться со своей матерью в бессмертии, в этом украинском селе Слободка-Шелеховская. Л.Костенко». Рассказывают, что в тот погожий солнечный день высоко в небе долго кружили два аиста.

Кончина

«В Петрограде на днях скончался некогда популярный на юге общественный деятель Андрей Антонович Горенко.

Уроженец Севастополя, Андрей Антонович служил во флоте сначала инженер-механиком, а затем в чине лейтенанта состоял преподавателем морских юнкерских классов в Николаеве, причем был сотрудником «Николаевского вестника» во время редактирования той газеты высокопросвещенным моряком капитан-летенантом А.Н.Юрковским.

Из Николаева А.А.Горенко был переведен в Петроград преподавателем пароходной механики в Морской корпус и одно время исполнял должность инспектора корпуса.

Здесь он впал в немилость у начальства, вследствие открывшегося его знакомства с «народниками», вынужден был оставить службу в Петрограде и определен был в качестве флотского офицера на суда Черноморского флота для выполнения морского ценза.

По выполнении ценза, А.А.Горенко вновь переселяется в Петроград. Здесь, прежде всего, он читает ряд докладов в Вольно-Экономическом об-ве о деятельности Русского общества пароходства и торговли. Доклады эти произвели много шума, а вместе с тем и недовольства Андреем Антоновичем в правящих кругах. Он оставил службу во флоте и ему пришлось утешаться лишь тем, что выводы из его докладов положены были в основу тогда пересматривавшегося устава этого крупнейшего на юге акционерного предприятия.

Впоследствии мы встречаем А.А.Горенко служащим в Государственном контроле. Здесь он быстро поднимался по иерархической лестнице и, наконец, занимает пост генерал-контролера.

Однако стремление к морю не покидает Андрея Антоновича. Торговое мореплавание – это его сфера. Он много работает над ее вопросами, покидает Государственный контроль и назначается членом совета Августейшего Главноуправляющего торговым мореплаванием, причем в его непосредственное ведение поступают порты юга. Он объезжает эти порты, знакомится с их нуждами и вообще проявляет в этой области кипучую деятельность.

Однако «ничто не вечно под луною»: и эту деятельность он должен был оставить. Он вышел в отставку и занял скромное амплуа заведующего статистическим отделом Петроградского городского общественного управления.

Служа в Петрограде, А.А.Горенко никогда не порывал связей с югом. Городские общественные управления Николаева и Севастополя часто прибегали к нему и всегда находили в нем защитника своих интересов, ходатая об их нуждах.

В.Л.».

г.Николаев

Май 2010 года