Михаил Кальницкий - историк, исследователь киевской старины.
Специально для "Первое экскурсионное бюро" . 

Зимой традиционный календарь содержал целую вереницу примечательных дат. Наши предки-киевляне чуть ли не каждые несколько суток могли найти в святцах разнообразные поводы, чтобы отметить текущий день. Достаточно вспомнить: 13 декабря – Андреев день с гаданием на суженого (именно в Киеве на Андрееву гору, по преданию, ступала нога Первозванного апостола). 17 декабря – Варварин день (все помнили, что мощи Великомученицы Варвары хранились в Михайловском Златоверхом монастыре). 19 декабря – Николин день, в честь которого звенели колокола в многочисленных Никольских храмах. И так далее...

Некоторые из православных праздников зимнего цикла принадлежали к «двунадесятым» – 12 наиважнейшим, отмечавшимся с особенным масштабом. Не менее массово праздновали и Новый год. От него наши земляки не отказались и в советское время (хотя он раньше, согласно юлианскому календарю, наступал после Рождества, а с переходом на григорианское летосчисление перескочил вперед). С каждым из этих торжественных дней были связаны определенные киевские места.  

Рождество Христово – 25 декабря (7 января) 

Рождество считалось праздником светлым, душевным, домашним. Его отмечали в церкви и в семейной обстановке, с торжественным ужином. Все официальные зрелища, все театры в канун Рождества были закрыты. Но во дворы приходили колядующие с рождественской звездой и песнопениями. А в более давние времена происходили целые передвижные спектакли при помощи так называемого вертепа. Его идею позаимствовали у Западной Европы ориентировочно на рубеже XVI–XVII столетий. Само слово «вертеп» в старославянской речи обозначало укромное убежище, подобное тому, в котором у Девы Марии родился Сын Божий в Вифлееме. (Впрочем, другим смыслом этого же слова, совершенно противоположным благочестивому толкованию, является скрытый притон). Вертеп представлял собой двухъярусное переносное сооружение из дерева и картона: верхний ярус соответствовал святому месту в Вифлееме, а в нижнем как бы находился дворец царя Ирода. Кукольные представления-мистерии в вертепе обычно состояли из двух частей: сначала изображались евангельские события, которые заканчивались смертью жестокого Ирода, потом начиналась своеобразная народно-бытовая интермедия. Между прочим, в свое время активно использовали вертеп студенты («спудеи») Киево-Могилянской академии. Они странствовали в свободное от занятий время и разыгрывали мистерии на тексты собственного сочинения. Это давало полунищим бурсакам какой-никакой доход деньгами или продуктами.  

Именно к Рождеству в тысячах домов появлялись наряженные елки (их ведь и называли не новогодними, как сейчас, а рождественскими). Этот обычай распространился среди наших земляков с середины позапрошлого столетия. С наступлением праздника детишки обнаруживали под елкой подарки, возникшие там словно бы чудом. 

Купить елку было легко на любом базаре, стоила она недорого. Более солидных расходов требовали игрушки. Для состоятельных горожан предназначались магазинные полки, сплошь заполненные новогодним ассортиментом. Разумеется, больше всего таких магазинов можно было найти на Крещатике; в их прейскуранты входили товары на разные вкусы и по разным ценам. К примеру, лет сто назад обычные стеклянные украшения – шары, фрукты и т.п. – стоили по копейке за штуку. Дюжина хлопушек обходилась от десяти копеек до нескольких рублей, в зависимости от внешнего вида и заполнения. Всяческие бонбоньерки можно было купить по 20–25 копеек за дюжину. Стеклянные или металлические подсвечники «тянули» на ту же сумму, но уже за штуку; приплатив еще несколько копеек, можно было получить подсвечник с приделанной к нему настоящей, ароматной еловой шишкой. Напомним, что электрических светящихся гирлянд тогда еще не было, и на ветвях елок зажигались настоящие свечки.

Однако в начале ХХ века уже были распространены бенгальские огни, которые называли «чудо-свечи, безопасные и без запаха», цена им была пятачок за штуку. Легче всего было сразу купить «полный ассортимент для елки», его цена начиналась от 2,5–3 рублей и достигала червонца и выше. За такими наборами выстраивались очереди отцов семейств по всему Крещатику. Те же, кому этот расход был не по силам, обходились копеечными затратами: во многих небогатых семьях просто покупали картон, цветную бумагу, использовали проволоку, всякие тряпочки и лоскутки – и из них при помощи умелых рук создавали гирлянды, маски, звезды, куклы и прочие игрушки.

Рекламные объявления елочных игрушек и шампанских вин.

Самое задушевное церковное празднование Рождества Христова происходило в тех храмах, которые были освящены в честь этого праздника. Хорошо известна, к примеру, Рождественская церковь на Подоле, на Почтовой площади. С давних пор там стояли деревянные храмы с этим названием, а в 1809–1814 годах по проекту зодчего Андрея Меленского была воздвигнута каменная церковь с большим приземистым куполом, со стройной колоколенкой в классическом стиле. Она вошла в историю под названием «Шевченковой церкви», потому что именно в ней в мае 1861 года киевляне прощались с прахом Тараса Шевченко (гроб с его телом везли из Петербурга через Киев для погребения на Чернечьей горе под Каневом). В 1930-е годы советская власть разрушила Рождественский храм, однако в недавние годы он был воссоздан (архитектор Юрий Лосицкий) и в 2005-м вновь освящен под прежним названием.
Рождественская церковь и ул. Александровская (Сагайдачного). С открытки начала ХХ в.		Воссозданная церковь Рождества Христова

Еще один старинный Рождественский храм ныне существует, но богослужения в нем не ведутся. Именно во имя Рождества Христова в 1822 году была освящена после перестройки трапезная церковь XVIII века при Софийском соборе, больше известная как «Теплая София» (здесь проходили зимние службы, пока не устроили отопление в самом соборе).   Она входит сейчас в заповедник «София Киевская», в ней размещена музейная экспозиция по истории архитектуры.

«Теплая София»

Новый год 

Между Рождеством и Крещением длились веселые святки, на которые приходился и Новый год. В новогоднюю ночь, в отличие от ночи перед Рождеством, все увеселительные заведения Киева действовали, и денежная публика валом валила туда. Везде, где только можно, происходили вечера и балы-маскарады. В самом начале ХХ века желающие весело встретить Новый год собирались в Литературно-артистическом обществе на Крещатике, в зале Купеческого собрания (нынешняя филармония) и Коммерческом собрании на Европейской площади, в театрах-варьете сада «Аркадия» на Бибиковском бульваре (теперь бульвар Тараса Шевченко) и «Шато-де-Флер» (на месте стадиона «Динамо»). Там до глубокой ночи продолжались развлечения.  

А 1 января на городских улицах было заметно сильное движение как экипажей, так и пешеходов. В этот день весьма усердно делались визиты начальникам, добрым знакомым, а также всякого рода «нужным людям». Не обязательно было являться в помещение (хозяин которого после ночного веселья мог и не принимать): многие ограничивались тем, что оставляли в прихожей свою визитную карточку или расписывались в специальной книге посещений.

Зимняя панорама сада Купеческого собрания. С открытки начала ХХ в.

Для детей на Новый год устраивали специальные утренники с елками и подарками. Очень удачно организовывали подобные детские мероприятия в популярном клубе либеральной интеллигенции – Киевском общественном собрании на Владимирской, 45 (где ныне Дом ученых). Не забывали и о детях малоимущих. Для них проводили благотворительные елки на самом солидном уровне. К примеру, муниципальные власти поздравляли с Новым годом воспитанников городских начальных училищ. «Отцы города» считали их своими подопечными и даже предоставляли под елку для них зал думских заседаний! Веселье затягивалось до позднего вечера, а затем, благодаря любезной помощи правления АО «городской железной дороги» (трамвая), специальные вагоны бесплатно развозили детишек по домам. 

Городская дума. С открытки начала ХХ в.		Бывший Дом трудолюбия на ул. Гоголевской

По окончании святок, 7 января по старому стилю, назначали особую елку для бедноты. Организацией ее занимался так называемый Дом трудолюбия, располагавшийся на ул. Гоголевской, 39. Сотрудники этого общественно-филантропического учреждения рассчитывали, что у горожан после их праздников останется что-нибудь лишнее, чем не жалко будет поделиться с нищими детками. И Дом трудолюбия, сообщая на страницах прессы о предстоящем мероприятии, призывал всех сочувствующих «жертвовать ненужные им вещи, а именно: остатки от елок в виде украшений и лакомств, а также старую одежду и обувь». Добрые люди проявляли отзывчивость, и нищей детворе, хоть и с опозданием, но дарили скромное торжество.

Еще один важный адрес для тех праздничных дней – городская почтовая контора на Крещатике, 26 (дом не сохранился). Ей приходилось работать с запредельной нагрузкой.

Было подсчитано, что каждый почтальон должен был доставить в святки до двух тысяч поздравительных посланий в день! (А ведь большинство киевских домов тогда представляло собой невысокие строения, в которых жили немногочисленные семьи).

	Тем не менее, почта справлялась с поставленной задачей. Уже к 4 (17) января все рождественско-новогодние письма и открытки попадали к адресатам.
Почтовая контора на Крещатике. Фото начала ХХ в.		Рождественская открытка

Новогодние торжества и елка, хоть и с перерывом, перешли и в советское время. На памяти многих читателей – эффектные представления в крупнейших киевских залах, куда родители доставали своим детям пригласительные билеты через профсоюзы или просто покупали их за символическую плату. Наиболее значительными местами новогодних радостей были Дворец «Украина», Дворец спорта, Октябрьский дворец, ДК пищевиков на Подоле (теперь Детский музыкальный театр), ДК завода «Арсенал» и другие. Больше всего ценились приглашения, на которых имелся корешок «Подарок»: это сулило в конце представления увесистый пакет со сладостями.

Октябрьский дворец зимой. С открытки 1960-х гг.	Дворец «Украина». Фото 1970-х гг.	Елка на пл. Калинина. Фото 1955 г.

В советское же время началась традиция установки огромных общественных елок на главных площадях. Между прочим, зеленая красавица стояла на Майдане еще тогда, когда он назывался площадью Калинина. Сохранилось, к примеру, новогоднее фото 55-летней давности – с елкой в центре Киева в честь Нового 1955 года. 

Святое Богоявление – Крещение Господне – 6 (19) января 

Центральным событием крещенских праздников, как и в нынешние времена, было торжественное водосвятие. Его совершали в разных водоемах, но самый значительный обряд происходил на берегу Днепра. Вот как, к примеру, это выглядело 100 лет назад, на Крещение 1910 года. 

Торжество началось величественным богослужением в соименном празднику Богоявленском соборе Братского монастыря. Этот собор был построен в 1690-х годах московским архитектором Осипом Старцевым на средства гетмана Ивана Мазепы и стоял на территории нынешнего университета «Киево-Могилянская академия» до сноса в 1930-е годы.   Задолго до службы на Контрактовой площади перед монастырем, на прилегающих улицах и вдоль берега Днепра стал накапливаться народ. Здесь же построились войска гарнизона; каждый полк был представлен полуротой со знаменем. К счастью, погода не подвела: утро было ясным и не слишком морозным. В девять тридцать началась литургия, которую совершал преосвященный Павел, епископ Чигиринский. А по окончании молебна его участники вышли из обители крестным ходом, чтобы провести водосвятие. Когда они показались из ворот, войска на Контрактовой площади взяли «на караул», а сводный оркестр заиграл гимн Бортнянского «Коль славен наш Господь в Сионе».

Богоявленский собор. Фото 1910-х гг.

Процессия направилась к берегу реки. За хоругвеносцами, певчими, священнослужителями несли полковые знамена, а затем шли первые лица города во главе с генерал-губернатором Федором Треповым. Все улицы для шествия были посыпаны желтым песком, вдоль них непрерывными шеренгами стояли войска. Крестный ход подошел к специальной деревянной, убранной зеленью беседке у воды, около Ильинской церкви. Здесь как раз была полоска реки, свободная ото льда. 

Весь берег, сколько видел глаз, был усеян публикой. Зрители ждали салюта. Для «салютационной стрельбы» прямо на берегу установили батарею из четырех орудий от 33-й артиллерийской бригады, дислоцированной в Киеве. Преосвященный Павел склонился к реке. Как только он коснулся крестом воды, загремел пушечный залп. Салют, к восторгу собравшихся, повторился 101 раз. Под его грохот самые отчаянные и восторженные киевляне, раздевшись, ринулись в ледяную воду. Одни сразу выпрыгивали обратно, другие доплывали до кромки льда, выбирались на нее и, передохнув, плыли обратно. Среди «моржей» оказалась и одна «моржиха». Глядя на них, горожане качали головами и крестились.

Крещенское купание в Киеве. Фото 1910 г.

 В час пополудни крестный ход вернулся в монастырь, но толпа продолжала терпеливо ждать. Настало время военного парада. Войска на Контрактовой площади окропили святой водой, после чего командующий Киевским военным округом генерал-адъютант Николай Иванов верхом объехал строй, здороваясь отдельно с каждым полком. А потом грянул оркестр, и солдаты двинулись церемониальным маршем. Лишь к трем часам на Подол, наконец, вернулись трамваи. А зрители, выстоявшие шесть часов кряду, оживленно расходились...

Сретение Господне – 2 (15) февраля 

Сретение – это «встреча» по-старославянски. Церковь отмечает как большой праздник Сретения годовщину евангельского события: праведный старец Симеон Богоприимец, которому было предсказано, что он не умрет, пока не встретит Спасителя, признал Христа в Младенце Иисусе.  

На Львовской площади в Киеве издавна стоял Сретенский храм. Каменная церковь на месте прежней деревянной была возведена здесь в 1853–1861 годах; в 1883–1884-м зодчий Владимир Николаев значительно расширил ее и перестроил в византийском духе, а в 1911-м архитектор Евгений Ермаков сделал достройку с запада, возведя новую колокольню. Святыней Сретенской церкви считалась икона Богоматери «Всех скорбящих Радости», из-за чего церковь иногда неточно называли «Скорбящей».

Сретенская церковь. Фото 1860-х гг.		Сретенская церковь и Большая Житомирская ул. С открытки начала ХХ в.

В 1923 году много говорили о чуде обновления куполов храма, которые внезапно засияли свежей краской. До сих пор это событие не опровергнуто и не истолковано учеными, но вот только старинной церкви давно уже нет. На ее месте остался сквер, за которым на церковном погосте в 1960-е годы выстроили современное здание Торгово-промышленной палаты. Впрочем, в последние годы в сквере действует небольшой храм-часовня, а фундаменты храма изучают археологи, чтобы выяснить возможность его воссоздания. 

Праздник Сретения служил для киевлян рубежной датой важного события – крупнейшей местной ярмарки. Еще с XVI века подобные ярмарки проводились на Подоле для всей Киевщины. Прежде они назывались Крещенскими, так как проводились как раз после Крещения. Выбор такой даты объяснить нетрудно: стояла самая холодная пора года, и можно было не сомневаться, что будет обеспечен подвоз по санным путям. Но вот по указу царя Павла I, изданному в 1797-м, в Киев были перенесены так называемые «Контрактовые съезды». Эти съезды ранее проводились в волынском местечке Дубно. В те времена, когда торговля не могла воспользоваться ни надежным транспортом, ни экстренной связью, регулярные «Контрактовые съезды» раз в году обеспечивали состоятельным людям обширного региона возможность приобщиться к рынку, заключать сделки и договора на будущее. Естественно, помещики и купцы старались не упускать возможность участия в Контрактах, и количество собравшихся исчислялось десятками тысяч.

«Контракты» стали как бы преемниками Крещенских ярмарок. Начинались они 15 января, заканчивались в начале февраля старого стиля, т.е. на Сретение. Так что нередко их называли Сретенскими ярмарками. Впрочем, о Контрактовых ярмарках можно рассказывать долго; их место в истории Киева довольно заметно. А здесь мы лишь подчеркнем, что завершением зимних празднеств становился разгул бизнеса и торговли, причем происходило это главным образом на Подоле. До сих пор на углу Контрактовой площади и Межигорской улицы сохранился Контрактовый дом – штаб-квартира грандиозного мероприятия.

Контрактовая площадь. С открытки начала ХХ в.